Опасный бизнес

Понедельник,16.12.2019  14:21

Для чего в Новоуральск везут урановый «мусор» из Германии?

«Новый Качканар» уже писал о том, что под Новоуральск везут радиоактивные отходы из Германии. Напомним, что Новоуральск находится всего в 200 километрах от Качканара.

Недавно в СМИ появилась информация, что в Новоураль­ске пенсионеры вышли на пикет против ввоза урановых хво­стов. На пенсионеров Николая Лобанова, Геннадия Ломакова и Виктора Казакова составили протоколы по части 5 статьи 20.2 Кодекса об административных правонарушениях («На­рушение участником публичного мероприятия установлен­ного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования»), сообщает телеграм-канал «Апологии протеста».

Лобанов, Ломаков и Казаков выходили на пикеты с плака­тами «Нет ввозу урановых хвостов в Новоуральск!» и «Путин, а слабо раздавить бульдозером ядерные отходы из Герма­нии?». Правоохранители утверждают, что пикет был группо­вым, потому что их было трое. Если вину пенсионеров дока­жут, им грозит штраф до 20 тысяч рублей.

Все три дела рассматривает Новоуральский городской суд. Согласно базе суда, дела в отношении Лобанова, Ломакова и Казакова — первые, заведенные по статье 20.2 КоАП за всю историю города.

В последнее время тема ядерных отходов из Германии ак­тивно поднимается в СМИ. Можно прочитать много мнений за и против. Интересное интервью с физи­ком-ядерщиком мы нашли на Znak.com.

По данным «Greenpeace Россия», сначала поезд с урановыми отходами идет из Германии в Амстердам, затем из Амстердама судно с «хвостами» движется в Санкт-Петербург, откуда отходы поездом везут в Новоуральск.

Чем опасен ввоз урановых «хвостов» в Россию из Европы, рассказывает фи­зик-ядерщик, член Российского социаль­но-экологического союза Андрей Ожа­ровский.

— Что такое урановые «хвосты»?

— Это отходы обогаще­ния урана. Большинство атомных электростанций не могут работать на природ­ном уране. Поэтому концен­трация одного из двух есте­ственных изотопов урана, а именно 235-го, должна быть повышена примерно до 4%. В естественном уране, ко­торый добывают из земли, концентрация меньше од­ного процента — 0,7%. Это производство называется обогащение урана. Дообо­гатить обедненный уран в теории можно, но это очень дорого.

— Контракт между Тех­снабэкспортом и Urenco противоречит природоох­ранному законодательству России?

— Они не называют «ура­новые хвосты» отходами. По их классификации, это сы­рье, потому что они могут извлечь из него остающийся там в мизерных концентра­циях уран-235. Но это только в теории. К сожалению, кон­тракт между Техснабэкспор­том и Urenco юридически соответствует всем законам. Но это не потому, что кон­тракт хороший, а из-за того, что законы у нас плохие.

— Почему опасен обед­ненный уран?

— Это химически неста­бильное вещество. В случае разгерметизации контейне­ра и контакта с воздухом он может принять растворимую форму и попасть на почву, в растения, в воду.

Например, на место хра­нения может упасть самолет. Я, когда лечу над Ангарском, вижу сверху эти поля захо­ронения и не могу исклю­чать такого сценария. Я уже не говорю, что это легкая цель для злоумышленников.

На заседании в «Росато­ме» нам заявили, что они собираются избавиться от накопленного ОГФУ к 2080 году. Получается очень ин­тересно. С одной стороны, они говорят: давайте будем завозить, это полезное ве­щество. А с другой, они толь­ко к 2080 году собираются перевести весь обедненный уран в стабильную фор­му, то есть форму оксидов. Установка, на которых это происходит, у нас в стране всего одна, находится в Зе­леногорске Красноярского края. Но если это не отходы, то зачем иметь специальную программу, чтобы от них из­бавиться?

«Росатом» маскирует ввоз отходов термином «предо­ставление услуг». Они ни­где не говорят, что завозят на вечное хранение. Вроде как он полежит-полежит, а потом мы с ним что-нибудь сделаем.

— На ваш взгляд, в чем экономический смысл ввоза урановых «хвостов»? Способна ли прибыль оправдать риски?

— Вся проблема в том, что мы не знаем содержания контракта. О нем ничего не сказано даже на сайте «Роса­тома». Нет ни одной строч­ки. Первичная информация пришла вообще из Герма­нии, когда там активисты поняли, что с предприятия Urenco в городе Гронау по­ехали поезда с урановыми «хвостами». Немецкие акти­висты написали депутатам Бундестага, те сделали за­прос в правительство, а там подтвердили существование данного контракта на вывоз в Россию 12 тысяч тонн ура­новых «хвостов».

Почему это выгодно Urenco, мне понятно. Про­сто немецкие промышлен­ники нашли страну, где тоже есть обогащение урана и очень похожие отходы. Цель Германии очевидна — из­бавиться от опасного веще­ства. А «Росатом» не хочет признать, что у нас уже есть миллион тонн своего и нам не надо чужого, со своим бы справиться.

Сейчас говорят, что это выгодный бизнес, что Рос­сия умеет обогащать уран намного лучше, чем Герма­ния, и тому подобное. Как технарю, мне это даже слож­но всерьез комментировать: конечно, у нас и «Жигули» лучше «Мерседеса», всем по­нятно.

— Вы критикуете «Роса­том» и обвиняете их, что они все делают шито-кры­то. Но ведь вас туда все-та­ки приглашают.

— В «Росатом» на так на­зываемый общественный совет лично меня пригласи­ли второй раз за 20 лет. Это было экстренное заседа­ние при главе корпорации. Честно говоря, у них просто истерика по поводу проис­ходящего. Они понимают, что сделали очень плохую вещь. И это им важно не с этической точки зрения и не потому, что возмутились российские экологи и граж­данское общество, им важно отчитаться перед немецкой общественностью, которая уверена: в Россию вывозят отходы, урановый «мусор».

Но факт остается фактом: «Росатом» молчал, пока ин­формация не попала в СМИ.

— Так чего вы хотите в итоге?

— Я считаю, что нужно остановить этот опасный бизнес, перестать ввозить чужие отходы и разобрать­ся со своими. Пусть вкла­дывают деньги в то, чтобы площадки для хранения под открытым небом в Новоу­ральске, Северске, Зелено­горске и Ангарске исчезли.

— Как вы реагируете на то, что вас и ваших кол­лег называют подкуплен­ными, якобы вы мешаете «Росатому» заработать и, следовательно, пополнить бюджет России?

— Довольно странно, что «Росатом», гонясь за прибы­лью, готов ввозить в Россию иностранные отходы, а ино­странные агенты, предатели или кто там еще — это мы, экологи, выступающие про­тив ввоза уранового «мусо­ра» в Россию.

— Какие ваши дальней­шие действия?

— Привлекать внимание общественности. В прошлый раз, в 2009 году, нам это уда­лось. А сейчас, благодаря поднятой шумихе, есть веро­ятность, что Urenco вообще закроют. В Германии к 2022 году все атомные станции закроются, и стране обога­щение урана вообще не нуж­но будет. Я думаю, что Urenco сильно пожалеет, что хотел свалить свои отходы к нам.

Поезд с ними после Гронау идет через центр города Мюн­стра. И там немцы готовы вы­ходить с плакатами и проте­стовать против неэтичного экспорта урановых отходов. В Германии теме экологии при­дают большое значение.

Эти отходы идут через Санкт-Петербург. А это же город-миллионник! Сце­нариев разгерметизации контейнеров масса. 12 лет назад мы ужаснулись, когда увидели, как транспортиру­ются эти отходы. Стояли па­раллельно два поезда, один с нефтью, другой с отходами. Случись что — и очаг зараже­ния прямо в центре города.

— А если «Росатом» все же проигнорирует заявле­ние экологических орга­низаций?

— Будет продолжаться общественная кампания. Ее элементы — информирова­ние, протесты, диалог с «Ро­сатомом». Цель все та же —остановить опасный проект.


18 ноября из Германии с предприя­тия Urenco в Россию стартовал оче­редной эшелон с обедненным гек­сафторидом урана (ОГФУ). Экологи считают, что этот груз потенциаль­но опасен для здоровья жителей городов, рядом с которыми нахо­дятся склады. Всего Urenco плани­рует отправить 12 тыс. тонн ОГФУ в Россию; уже отправлено примерно 4,2 тыс. тонн.

Поделиться:

Посчитайте: