Максим Зязев: «Я включил «Перекрёсток семи дорог» и двинулся навстречу судьбе»

Понедельник,18.10.2021  15:20
Рубрики: Интервью, Новости для главной

Просмотров:[post_view]
Комментарии к записи Максим Зязев: «Я включил «Перекрёсток семи дорог» и двинулся навстречу судьбе» отключены
Автор:
Юлия Гофлер

28-летний Максим Зязев — участник литературного объединения «Лукоморье» при редакции газеты «Новый Качканар». Мы не раз публиковали его стихи на страницах «НК». Нам стало интересно узнать, как живёт представитель молодого поколения качканарцев. Как выяснилось, несмотря на возраст, у Максима уже весьма богатая биография.

Эльбрус, высота 4200

Во мне зарыт поэт


После школы Максим поступил в Горный университет, на кафедру обогащения полезных ископаемых.
— Всё получилось спонтанно. Я подавал результаты ЕГЭ в несколько вузов. Но когда мы с дядей, с которым приехали вместе, пришли в Горный университет, мне там понравилось: большие окна, много света, он излучал такое тепло, что мне захотелось там остаться. Тогда дядя меня спросил: «Ты хочешь кувалдой махать или в кабинете сидеть?». Я ответил, что хочу сидеть в кабинете, тогда он посоветовал идти на обогащение полезных ископаемых.
Все пять лет Максим учился очно, у него всегда была повышенная стипендия. Параллельно на 3 курсе молодой человек поступил в УрФУ на экономический факультет. Объясняет это тем, что захотелось познать экономику. ГОСы и дипломы в обоих вузах парень сдал на отлично.
— Мне нравилось учиться. К тому же это своего рода маленькая ответственность перед родителями, ведь им всем хочется, чтобы у ребёнка было высшее образование.
Начиная с 5 курса Максим стал задумываться, чем заниматься дальше. Ездил на практику в Якутию, посмотрел, как устроено предприятие. Спрашивал себя: «Надо ли мне это?», «Моё ли это?».
— После этого я стал задавать себе ещё больше вопросов: «Куда я иду?», «Кто я?», «Какие навыки и таланты во мне зарыты?». Параллельно я всегда писал. Это было не просто изложение мыслей, а всегда в рифму. Из года в год это росло в стихосложение. Уже сейчас я понял, что во мне зарыт поэт, и я смогу раскопать, раскрыть его спустя какое-то время с помощью книг, бесед, лекций. Большой путь впереди.


Интерес к стихосложению, говорит Максим, проснулся в нём ещё в школе. Первую серьёзную песню он посвятил девушке в 10 классе.
— Расскажи мне о себе… Всё, что чувствуешь во сне. Обнимаешь, нежно ты целуешь. Тихо шепчешь мне слова, волнуешь…, — процитировал себя десятиклассника Максим.

Двинулся навстречу судьбе


После окончания университета молодой человек остался в Екатеринбурге, старший брат предложил ему организовать небольшое дело — цех по переработке вторсырья.
— Так как я учился на обогатителя, мне это было близко. У нас с братом был небольшой цех, мы поставили агломератор, стали выпускать агломерат из полиэтилена. Всё шло хорошо, но тут пришла повестка в армию. Мы хотели с другом пойти вместе, но наши пути разошлись: нам дали повестки в разные войска. Я захотел служить в Севастополе, в морской пехоте. Так и вышло. Попал в разведку, в Казачью бухту. Отслужил там полгода, затем роту расформировали: срочников убрали, наполнили контрактниками. А мы попали в роту антитеррора. Занимались охраной кораблей.
После армии Максим вновь вернулся в Екатеринбург. Его привлекал темп большого города.
— Брат на тот момент уже работал в компании, которая строила загородные дома из профилированного бруса. Он меня взял к себе. Но для начала я сам для себя решил, что нужно пройти всё с самых низов: пошёл работать на стройку, затем на производство. Мне хотелось узнать обо всём изнутри. Профессия, на которую я претендовал дальше — руководитель проектов (менеджер по продажам).
Я пришёл на место менеджера, который завалил 7 проектов подряд. Разгрёб его проекты, начал делать свои небольшие продажи. Всё шло отлично. Но в один из месяцев у нас случилось недопонимание с директором. Ничего не сказав, он удержал из зарплаты каждого сотрудника по 11 тысяч рублей. Я в силу своего характера заявил, что он был не прав, сказал ему вернуть всем деньги. Для него 11 тысяч – один раз машину заправить, а для меня – заплатить за квартиру и т.д. Но у меня ничего не получилось добиться, я понял, что с этим человеком мне не по пути. В этот же день я собрал вещи и ушёл. Это было перед Новым годом, я вышел из офиса компании, закурил, включил «Перекрёсток семи дорог» и двинулся навстречу судьбе.

Мечтал разбогатеть


Ещё с детства Максим мечтал разбогатеть, обеспечить себя всеми благами. Со времён экономического факультета УПИ носил идею разработать бренд одежды, развивать его и дальше двигаться в этом направлении.
— В армии я познакомился с Игорем, в дальнейшем он стал моим лучшим армейским другом. И вот в тот момент, когда я ушёл из компании, он позвал меня к себе, в Москву. Я приехал, нашёл фабрики, сформировал поток, чтобы запуститься, были придуманы модели. Мы решили начать с носков — это был самый бюджетный вариант капиталовложения.
Всё было готово к запуску. Но я увидел, что за деньгами кроется иное. С детства занимаюсь шахматами, поэтому, продумываю все ходы наперёд. Я понял, что это всё не моё: Москва, бизнес. Игорь тогда меня не понял. Я объяснил ему, как смог. После этого вернулся в Качканар. С Игорем мы так и общаемся, недавно ездили в Крым, сплавлялись на каяках по морю. До этого поднимались на Эльбрус.

Работал рыбаком в Южной Корее


— Приехал в Качканар, вспомнил, что я всё-таки обогащение оканчивал, взял документы, пошёл устраиваться на работу в КГОК. Меня взяли на фабрику обогащения помощником машиниста мельниц. Через два месяца отправили на курсы мастеров, после них поставили специалистом по производству и отгрузке щебня. Я проработал месяца четыре, когда ещё один мой друг Илья позвал меня в Южную Корею работать рыбаками. Он к тому моменту уже много, где побывал, путешествовал по миру. На работе я сказал, что увольняюсь, там крутили у виска и говорили: «Ты что, парень, куда собрался?». Но я всем сказал, что переезжаю в Екатеринбург, там предложили работу лучше. Не стал говорить, что еду работать рыбаком, думаю, меня бы не поняли, — смеётся Максим.
Я жил в корейской семье на удаленном от цивилизации острове. Но там шикарный остров: асфальтированные дороги, Интернет, связь, коммуникации. Мы добывали там водоросли ташиму, они 4 метра в длину, 45 см в ширину. Сушили их на олях, складировали, затем увозили на продажу в порт. В Корее я пробыл 2 месяца. Затем вновь вернулся в Качканар.

Не угоден системе


— Внутри меня бушует творческий потенциал. Люди вокруг куда-то стремятся, у них грандиозные планы, они хотят заработать много денег. А я уже не стремлюсь к этому, это отошло от меня. У меня в голове крутятся совершенно другие мысли. У меня есть такие строки: «У всех заботы, большие задачи, а я? Кто я? Так, пустяк, купленный на сдачу».
Я всегда думаю о том, что на комбинате работают золотые люди. Они день и ночь выходят на работу, трудятся. На них ездят, всячески закручивают гайки. Я начал понимать, что не смогу себя там представить. И как-то я попросил у Бога дать мне занятие по душе. Иду по улице, и мне встречается мастер, у которого я когда-то работал в столярной мастерской. Устроился к нему, проработал год, и работал бы дальше, но они закрылись.

Стол сделан Максимом в столярной мастерской
при советах мастера

Нашёл работу вахтами в Благовещенске. Прилетел туда, но вновь понял, что это не моё. Вернулся в Качканар, и здесь мне предлагают работу в ГОКе, в Рудоуправлении. Там набиралась группа по календарному и перспективному планированию, не хватало одного человека. Я прошёл собеседование, меня взяли стажёром, затем перевели на должность ведущего инженера. Тогда я соприкоснулся с делом, которое мне понравилось по-настоящему. Там нужны были мозги, аналитический склад ума, пригодился живущий во мне шахматист, продумывающий все ходы наперёд. Там меня окружали замечательные люди, у нас была отличная команда.
Однажды я понял, что стал хорошо во всём разбираться. Мы хорошо видели узкие места на производстве, просчитывали, что может быть через год-два. Мы всё показывали руководству, но отклика, к сожалению, не было. У компании стоит задача: максимальное извлечение прибыли из предприятия. Их не заботит, что это трудоёмкое и затратное дело. Потом на нас навесили дополнительную нагрузку под названием «Фабрика идей».
Мы просили снять нагрузку с группы, объясняли, что у нас есть своя работа, и мы хотим развиваться и расти как специалисты. В итоге мы сошлись на том, что ничего меняться не будет, всё останется так, как есть, нагрузку с нас не снимут. Я сказал о том, что это мне мешает работать как специалисту, я не вижу смысла так работать. Мне сказали, что я не угоден системе. На следующий день я пришёл на работу, написал заявление на увольнение, отработал две недели и ушёл.
И с весны этого года я в свободном плавании. Строю дома, работаю в столярной мастерской, недавно устроился на спасательную станцию и пишу стихи, хорошо, что последнее всегда идёт со мной по жизни.
Максим рассказывает, что у него есть желание попробовать играть в театре. Он хочет работать в столярной мастерской, писать стихи, иметь небольшой домик в глухом месте, чтобы никто его не видел. Хочет создать семью, но с этим, признаётся он, пока не клеится.
— Не все приветствуют то, как я живу. Не все понимают и разделяют мои взгляды на вещи. Сейчас мы все в долгу у капитала, все стремятся заработать. Все этим живут. Меня отталкивают социальные сети. Я удалился оттуда. Отталкивает, то, что люди стали подражать непонятно кому, стало много подлости. Мало активных людей, которые не только болтают, но и делают. У общества нет единой идеи.

Рождение стиха — целое событие


Поэзия, говорит Максим, это то, что ему нравится по-настоящему.
— О чём твои стихи?
— Можно сказать, зеркало души. Есть печальные, весёлые, задумчивые, философские, в них есть какие-то размышления. Но во всех моих стихах отображена картина моей жизни: моя правда, взгляд на вещи. Наверно, как и у всех поэтов, по крайней мере, мне хочется им быть. Изучать поэзию я начал сравнительно недавно. Теперь я понимаю, что у поэтов в конструкции стиха много всего зарыто. У меня у самого поменялся слог стиха, смысловая нагрузка.
— Как ты оказался в «Лукоморье»?
— Обратиться туда мне подсказала мама. Я пришёл, познакомился с Галиной Краснопевцевой, побывал на заседании литературного объединения. Слушал, как читают стихи, читал стихи сам. Увидел в глазах людей реакцию — это важно для поэта. Ему важно, что он оставил в человеке, какие струны души задел. Потом Галина Петровна предложила напечатать мои стихи в газете. Для меня это был взрыв эмоций.
Галина Петровна для меня — удивительная женщина. В ней столько энергии, и рукопожатие у неё такое, как хватка крепкого мужчины. Она большая умница, я в своём возрасте не обладаю такой энергетикой, заинтересованностью, как она.
Максим отвозил свои стихи в редакцию журнала «Урал». Там встретил признанного уральского поэта Юрия Казарина — филолога, профессора, преподавателя УрФУ и Театрального института.
— Мы с Юрием Викторовичем разобрали мои стихи. С того дня мы с ним общаемся, созваниваемся. Он живёт в деревне под Екатеринбургом, топит печь, пишет книги. Наверно, когда-то я хочу того же самого, — признаётся молодой человек.
Максим выступал в поэтическом слэме в Екатеринбурге. Но признаётся, что ему нужна поэзия, чтобы была смысловая нагрузка, а там был больше стендап.
— Я с удовольствием бы где-нибудь выступил. У меня много стихов: есть плохие, есть хорошие. Хочется, чтобы их было ещё больше, чтобы они рождались. Я жду появления стихов. Когда долго не пишешь, становится пасмурно на душе. Когда у меня рождается стих, это для меня целое событие, такая радость. Вот, чем мне хочется заниматься в жизни, но этим не заработаешь денег, поэтому приходится растрачивать себя. Ты приходишь домой, и больше ничего не хочется делать – у тебя нет сил, а это ещё семьи нет.
Плюсом к стихам Максим сочиняет фантастические рассказы, у него их три.

В политике всё двояко


— Интересуешься политикой?
— Я стал вне политики, хотя раньше яро интересовался всем. Всё двояко в политике. Попробуй организовать двух-трёх человек, десять, а здесь целая страна. Все говорят, что всё не так. Да, мне тоже не нравится, что, например, у нас в городе нет хлебозавода, фермы, колхозного хозяйства. Мы не можем положить на прилавки своё мясо, нет своей птицефабрики. У нас нет градообразующих предприятий, которые смогли бы обеспечить мясом, молоком, овощами. Вымирают деревни. Не во всём я согласен с президентом. Но, в первую очередь, нужно задать себе вопрос, какая у тебя гражданская позиция. Если ты сидишь, сложа руки, ничего не делаешь, как-то говорить о государстве отрицательно — большой вопрос.

Прекраснейший город


— Тебе нравится жить в Качканаре?
— Это прекраснейший город. Можно каждый вечер выходить и провожать закаты у горы. У меня есть такая строка: «Как плащ на женский бюст одета гора вдали, на город спящий заставит посмотреть обратно…».
В маленьком городе всё компактно, хочешь — в бассейн сходи, хочешь — на бокс. Есть, правда, пробелы: нет курсов, сообщества, которые мне необходимы. А по большей части мне всё нравится. Я рад, что такой город существует на планете.
Максим признаётся, если бы в обществе не было такой гонки за деньгами, он работал бы в столярной мастерской, писал стихи, и больше ему ничего не нужно.

Поделиться: