Дела сердечные

Воскресенье,18.11.2018  9:05
Василий Верхотуров

В России насчитывается от 13 до 15 млн. пациентов, страдающих ишемической болезнью сердца, стенокардией и сердечной недостаточностью. Ежегодно умирает от последствий таких недугов миллион человек — можно ли, положа руку на сердце, говорить о высоком уровне кардиологии в целом? (из интервью действительного члена РАМН Юрия Бузиашвили).

Операция «оптимизация»

То, что сейчас происходит в здравоохранении и доступности медицинских услуг для простого населения страны, сами медики, непосредственно занимающиеся лечением, негласно называют «дурдомом». Этот «термин» не раз приходилось слышать при беседах с врачами. И преодолевать последствия оптимизации лечебных учреждений – дело рук самих пациентов. Впрочем, все по порядку.

Пришлось однажды, уже в вечернее время, около 21 часа, обратиться в приемный покой Качканарской ЦГБ. В течение 6 часов чувствовались боли в левой стороне груди, с отдачей в плечо и предплечье. Как это обычно делается, принимал нитроглицерин, валидол. Наступали временные облегчения боли, потом все возобновлялось. По настоянию жены все-таки обратился к врачам.

В приемном покое встретили с некоторым недовольством. Давление – почти в норме, снятая экстренная кардиограмма не зафиксировала особых изменений сердечной деятельности. Анализ крови тоже не вызвал особого беспокойства у персонала. Напротив, дежурная врач привела выдержку из рассказа Льва Толстого, где мальчик в шутку кричал: «Волк, волк!» А когда и вправду пришли волки, то никто мальчику и не помог. Начинаю сам себя подозревать в симуляции. Да и врача этого винить, наверное, было бы неверно. В такие уж условия они поставлены последними реформами в здравоохранении. Ну, вот нету в Качканаре кардиологов, как, впрочем, и других специалистов. Хотелось подняться и уйти домой – как-то неудобным показалось отвлекать занятых людей. От предложения транспортировки в Нижний Тагил все же не стал отказываться.

— Смотрите, это два часа дороги, и если там не примут, то столько же обратно, – предостерегала доктор. В дороге медсестра «Скорой помощи» Катя и водитель Игорь успокоили, как могли, загрузили в машину, повезли.

Вот там, в Тагиле, в 4-й больнице, и услышал впервые эту нелестную хлесткую характеристику оптимизации государственных затрат на здравоохранение. Оказать неотложную помощь могли бы и в Качканаре при наличии специалистов-кардиологов и необходимого оборудования.

Несколько раз пришлось повторить свою «историю болезни». Время — далеко за полночь. Снова кардиограммы, забор крови. Не инфаркт. И это уже радует.

— Так нет же мест у нас, — слышу разговор медиков. — Такой вот у нас сезонный наплыв пациентов. Хотя и отпускать нельзя: мало ли что? Необходимо серьезное обследование.

Нашлось-таки место и для меня в отделении неотложной кардиологии. И это немалая удача. Попрощались с Катей и Игорем. Капельница, уколы, сон. К чему это все так подробно изложено?

Не терпите, мужики, не терпите!

Через пару дней отменили постельный режим, разрешили передвигаться по коридору. И тут приглашают на лекцию по теме сердечно-сосудистых заболеваний.

Никогда не думал, что такую лекцию можно слушать с таким интересом. Вел занятие врач-анестезиолог-реаниматолог, кардиолог Павел Романов. Стиль, доступность и конкретность его изложения сердечных проблем не могли не привлечь внимания.

— В футболе и медицине у нас все специалисты, – начал беседу лектор. – Придите в любую аптеку, попросите «что-нибудь от сердца», и вам столько рекомендаций надают! А с сердцем не шутят. Только неукоснительное выполнение всех предписаний специалиста-кардиолога, полное обследование помогут вам продлить жизнь после инфаркта или вовремя его предотвратить. Все нужно делать вовремя. Вот у нас сейчас перенаселенность всех отделений. Это происходит каждую осень. Одна из причин этого – завершение «колхозных работ», закончилась садово-дачная эпопея. Ну, и еще перелом в климате, осень переходит в зиму. Вот и наплыв пациентов. Причем, в основе своей – мужского пола. Обычно звонят в «Скорую» или доставляют к нам мужчин женщины. Мужчины, проявляя «стойкость», обращаются редко. Несерьезное это отношение приводит часто к летальному исходу, когда помочь уже ничем нельзя. Так что не терпите, мужики. При появлении сердечной боли, необратимые последствия, то есть инфаркт, наступают в течение 3-4 часов. Нельзя медлить, если жить хотите.

К нашей кардиологии сейчас прикреплены все северные городские округа области. Вместе с тагильчанами – это около 700 тыс. населения. Доставка больного к нам – это не один час пути. Так что судите сами, сколько кому жить остается. Поэтому часто с колес пациент направляется сразу в операционную, а потом в реанимацию.

Чистка сосудов

Из рассказов пациентов кардиологической неотложки 4-й больницы явствует, что добиться транспортировки в Нижний Тагил в экстренных случаях проще всего через «Скорую помощь». Можно, конечно, получить направление и лечащего врача по месту жительства. Только вот очень много сердечников «спускается» в неотложку из реанимационного отделения.

Самым эффективным способом спасения при инфаркте и стенокардии, а также точнейшей диагно стики сердечно-сосудистых заболеваний является коронография и стентирование.

С 1995 года эти операции проводятся в этой 4-й больнице Нижнего Тагила. Процедура отлажена до поточной линии. В сутки таких мероприятий проводится здесь от 10-ти до 15-ти. Как плановых, так и экстренных.

— Операция вообщем-то не очень сложная, – рассказывал Павел Романов. – Все происходит под местным обезболиванием. В прокол лучевой или бедренной артерии вводится тонкий катетер. Через него впрыскивается контрастное вещество в кровь. И вся картина состояния кровеносных сосудов видна хирургу через специальную видеокамеру как на ладони. Так определяется степень «засоренности» сосудов сердца холестериновыми отложениями. И при необходимости в суженный кровоток устанавливается некая пружинка-стент, расширяющая сосуд. Все, сердце спасено от недостатка снабжения его мышц богатой кислородом крови.

— Ехал на машине по трассе, — рассказывает пациент Александр. — Внезапно почувствовал острую боль за грудиной. Сначала терпел, но все больнее и больнее. Остановился посреди дороги, вызвали «скорую». Благо, связь была. Сразу на стол. Только вот тонкие стенки сосудов не позволили установить стент. Только прочистили малость. Сейчас надо в Екатеринбург, на коронарное шунтирование ехать. Другого выхода нет.

Другой сопалаточник, Владимир, такой стент носит уже 12 лет. Но засорился до 90- процентной непроходимости другой сосуд. Боль в груди почувствовал вечером. Таблетки не помогали. Операционная, 2 дня реанимации. Восстановительные лечебные мероприятия.

— Когда протолкнули стент в сосуд, такое облегчение! Поживу еще!

Цена вопроса

И таких историй – множество. При выписке в эпикризе, длинный перечень рекомендаций. Как минимум год после операции необходимо принимать дорогостоящие медикаменты.

— Можете вы себе позволить тратить на медикаменты в пределах 3 тысяч? —спросил хирург после того, как просмотрел и мои сосуды.

— К чему этот вопрос? — настораживаюсь.

— Если можете, то поставим более дорогой стент, с лекарственным покрытием, они лучше приживаются, – был лаконичный ответ. – Финансирование стентирования на 2018 год закончилось. Есть резерв на экстренные и плановые операции. Вам придется к нам приехать в следующем году. Надо еще один сосудик подлечить.

Лежа на операционном столе, с чужеродным катетером и видеокамерой в артерии, не чувствуешь себя беспомощным. Почти не ощущается боли. Хочется глянуть на видеомонитор, но его перекрывает просвечивающее устройство. Жаль, было бы интересно. Наконец, готов стент. Производится ввод. Проверяется надежность установки. Все это под отвлекающие, ничего не значащие вопросы оператора и медсестры. Бинтуется прокол. Грузовой лифт, длинный коридор, на тележке привезли в палату. Хочется спать.

Через 4 дня — выписка. Наставления и объяснение назначений курирующего врача.

Особо подчеркнуто — постепенный отказ от курения. Для привыкшего к никотиновой отраве организма резкое прекращение курения — тоже стресс.

— Знаете, обидно, когда повторно поступает больной и продолжает курить, — говорит доктор Елена Лескина, – стараешься, вытаскиваешь из могилы, столько времени и сил тратится, и все впустую. Знаете, сколько стоит установка стента и двухнедельное содержание и обследование? Тысяч до 150!

В голову приходит мысль: «Дороговато, конечно. Только вот есть же медицинское страхование, и за годы трудовой деятельности оплачиваешь с лихвой все эти расходы. И если государство было бы всерьез, а не декларативно, не по-чиновничьи озабочено здоровьем населения, то что бы это значило — квотирование необходимых для жизни человека операций? Недостаток больничных мест? Нехватка медицинских кадров?

Еще замечено, и не только мной, что пресловутая эта оптимизация здравоохранения сказывается на общем настроении персонала лечебных учреждений. Все чаще и чаще отмечают пациенты нервозность и недоброжелательность медиков при «оказании медицинских услуг». Возрастает рабочая нагрузка, а вот зарплаты в большинстве случаев нисколько и не увеличиваются. Занервничаешь тут.

Поделиться:

Комментариев: 1

  1. }{AM:

    18.11.2018 17:19

    “Забавно”…

    В течение 6 часов чувствовались боли в левой стороне груди, с отдачей в плечо и предплечье. Как это обычно делается, принимал нитроглицерин, валидол. Наступали временные облегчения боли, потом все возобновлялось. По настоянию жены все-таки обратился к врачам.

    только в моём случае не 6 , а часа 3-4,но уже стало невыносимо. На ровном месте.От того и проснулся посреди ночи.Накануне и день-то был удачный во всех отношениях. 
    “Здравствуйте….что беспокоит? Курите? (Нет?) Спиртное употребляли? (неееет? )”.
    Что выпили перед нашим приездом? Валокордин? Помогло? Сейчас нет болей? Немного давит? Вот и хорошо, сейчас мы вам сосудорасширящий укол поставим, если не поможет, звоните опять,но кардиолога у нас нет…..”.
    Помогло.

Посчитайте: