Вячеслав Лёвкин: «За 20 лет на “скорой” я повидал всякое”

Воскресенье,9.02.2020  13:31
Юлия Кравцова

Чуть больше года назад Вячеслав Лёвкин приехал в Качканар из родной Уфы. Он работает фельдшером на «Скорой помощи» и ведёт терапевтический прием во взрослой поликлинике. Что привело его в Качканар, как сработался с новым коллективом, часто ли встречаются конфликтные пациенты и сколько родов за свою практику ему пришлось принять — Вячеслав рассказал в интервью журналисту «Нового Качканара».

Вячеслав назначил интервью в день своего дежурства. «Как будет время в перерывах между вызовами», — сказал он. И вот я подошла на интервью к станции «скорой» и буквально перед моим носом бригада Лёвкина выезжает на вызов. Мне не повезло.

Вернулись минут через сорок. Помогали пожилому мужчине, у которого случился сердечный приступ. Гипертоническая болезнь и сердечно-сосудистые заболевания, по словам фельдшера, становятся причинами большей части вызовов «скорой».

Получил   в Качканаре хорошее подспорье

— Вячеслав, что привело вас именно в Качканар?

— Я приехал сюда благодаря программе по привлечению врачей в малые города. В Уфе у меня квартира в ипотеку. Получилось хорошее подспорье. Здесь мне дали подъемные 500 тысяч рублей, которые я внес за ипотеку. Дали мне служебную квартиру двухкомнатную, компенсировали переезд. Прошлым летом я перевез в Качканар семью. У меня супруга, двое детей. Старшей дочери 14 лет, младшая — грудничок.

— Сколько лет вы в профессии?

— С ноября 2000 года. В Уфе со студенческой скамьи работал на «Скорой помощи».

— Надолго ли планируете остаться в Качканаре?

— Сначала я планировал просто отбить эти деньги. Контракт у меня на пять лет. Но мне пришелся по душе ваш город. Здесь нет лишних соблазнов, нет Макдональдсов, за ребенка спокоен. Здесь красивая природа, воздух хороший, спокойный маленький город. Мало народу — больше кислороду. Нет толкотни и суеты.

В Уфе работают     по одному

— Чем отличается работа здесь и в Уфе?

— Здесь меньше нагрузка, меньше больных. В Уфе за смену была нагрузка по 25-30 вызовов. Здесь на одну бригаду — до 10 вызовов. В Уфе работают по одному, я всю жизнь работал один. Хотя бригада должна состоять из двух фельдшеров. Там и реанимацию сам проводишь, и тащишь больных с пятого этажа. Инфаркты, тромболиз — всё в одного. А здесь бригада полная.

— Сколько бригад в смену работает в Качканаре

— Четыре бригады. Три на город, одна перевозочная.

— Как сработались с новым коллективом?

— Коллектив хороший. Я — открытый человек. Люди отзывчивые, приняли хорошо, поддержали морально. Сначала тоска была по родине. Сейчас уже всё хорошо, я доволен коллективом.

Пациенты с больной фантазией

— На какие вызовы чаще всего приходится выезжать?

— Бабушки и дедушки, которые страдают от давления, дети с температурой и кашлем. Пусть уж лучше будут такие вызовы, чем ДТП, ножевые или еще какие-то критические состояния.

— Какие случаи из вашей практики запомнились больше всего?

— Те, которые запомнились, не для печати, наверно… Вызывает «скорую» разношерстный народ, начиная от алкоголиков, заканчивая бабушками с деменцией. Травматическую ампутацию я видел, размозжение видел, ДТП — постоянно, инфаркт, без сознания, повешенные, огнестрелы, ножевые, расчленение…

— То есть, вас уже ничто не удивит, повидали всякое.

— Абсолютно. Самые интересные случаи, когда попадаются пациенты с больной фантазией, но это не расскажешь в интервью.

— Почему?

— Потому что фантазия у них вульгарная.

— Вышеперечисленные ужастики — это еще с Уфы?

— Да, в крупных городах всякое происходит. В Качканаре пока такое не попадалось.

Врачи не выгорают

— Знакомо ли вам чувство «выгорания» на работе?

— У меня пока такого нет, я всегда стараюсь оказать помощь человеку, даже вне работы. С другой стороны, как медик может выгореть? Ты должен помогать пациентам, это твой долг. Либо ты работаешь от души, коли выбрал эту профессию, либо не работаешь по этой профессии. Врачи никогда не выгорают, это призвание.

Бывает, человек тебя оскорбляет, проявляет агрессию, матом кроет. Например, пациент в алкогольном опьянении и у него сердечный приступ. Надо к нему как-то подход найти.

Наденьте бахилы!

— Вот как раз хотела задать вопрос: часто ли приходится иметь дело с агрессивными пациентами, с конфликтными?

— Часто. А про конфликты… Вот есть такой стереотип у населения: «Наденьте бахилы!». По приказу Минздрава работники «Скорой помощи» оказывают экстренную медицинскую помощь, мы не обязаны надевать бахилы. Даже в целях собственной безопасности. Мы заходим в прихожую, нас просят надевать бахилы. Я прохожу и не знаю, что дальше: кто меня ждет, может, там кафель, может, там скользко, может, на меня собаки какие-нибудь выскочат или кто-то с ножом на меня нападёт… Поэтому, когда приезжаешь на вызов и тебя просят надеть бахилы, то для себя делаешь вывод: значит, так человек нуждается в скорой помощи. Когда экстренно, человек без сознания или задыхается, инфаркты, что-то серьезное – быстрей-быстрей, тебя встречают возле подъезда, мы бежим в квартиру. Какие там бахилы? Неважно, ковролин у тебя или по кровати, мы бежим по чистым шелковым простыням.

Единственное исключение, когда в квартире дети. Я сам отец. Для меня это святое. К детям на вызов я сам спрашиваю бахилы. Сами понимаете, если в доме двое-трое малых детей, мама одна, малыши босиком бегают, и мы тут наследим.

Роды принимал один

— Что вы думаете по поводу маршрутизации? Когда, например, женщины в дороге рожают или не успевают довезти пациента до центра.

— Да, есть негатив по поводу маршрутизации. Но негатив я могу оправдать так, что сюда не едут специалисты. Если, например, осложненные роды…

— До маршрутизации практически все роды в Качканаре принимали все те же специалисты, которые работают и сейчас. И справлялись.

— Раньше не знаю, я здесь второй год нахожусь. Тогда этот вопрос не ко мне, а к Минздраву. Я согласен, что в Качканаре квалифицированные специалисты, все на высшем уровне.

— Вам лично не приходилось роды принимать?

— Приходилось, три раза. Один раз в машине, два раза дома. Но это было еще в Уфе. Люди поздно обращаются за помощью, дотянут до последнего. Последний случай, когда я принимал роды на дому, в 2 часа ночи мы приехали, у 19-летней роженицы с пяти часов вечера началось отхождение вод, потом схватки. Неопытная, растерялась, не знаю, что она там думала: пройдет или рассосется. Я приехал, а там уже роды начались, голова вышла. Родили, а маму с малышом увезли в больницу. Всё это делал я один, опять-таки.

Аутсорсинг — это не выход

— Слышали ли вы про забастовку ваших коллег в Екатеринбурге? Она планировалась с 31 января на 1 февраля.

— Нет, не слышал. А что там случилось?

— Водители с машинами выведены в аутсорсинг, их работодатель — частная фирма. Новая фирма, которая выиграла конкурс, предложила водителям оформить ИП и самим платить налоги, это значит, у них не будет никакого соцпакета: ни больничных, ни отпусков.

— В Уфе система аутсорсинга уже третий год. Три или четыре компании частные, устраивают какие-то междусобойчики. Были забастовки в Уфе по этому поводу.

— А если в Качканаре такое сделают? Будет ли реакция?

— Я думаю, здесь такого не будет, здесь мало бригад. Если вдруг такое задумают, то реакция будет: и от водителей наших, и от нас. Мы — сработанный коллектив. Водители — люди проверенные, профессиональные. Здесь большая маршрутизация. Основываясь на опыте Уфы, в аутсорсинге набрали водителей с остановки по объявлению, люди непрофессиональные. Приходили юнцы, ему 20 лет, год опыта вождения, его посадили на «Скорую помощь». Было много аварий, много конфликтных ситуаций во дворах. С ними страшно ездить. И в аутсорсинге идет большая текучка кадров, потому что им зарплату задерживали.

В России нет политики

— Следите ли вы за политической обстановкой в стране?

— Нет, мне неинтересно. 20 лет Путин сидит. За чем там следить?

— Много шума в обществе наделало послание президента.

— Да, я его слушал. Что сказать? Поживем-увидим. В 2005 году Путин обещал, что никогда не увеличит пенсионный возраст, а тут бац, и на 5 лет всем поднял.

— А еще президент обещал, что Конституцию никогда менять не будет.

— Вот именно. Поэтому я не понимаю, за какой политикой тут можно следить, у нас в стране политики нет, есть только Путин.

Не обижайтесь на врачей

— Чем вы увлекаетесь в свободное от работы время?

— Ничем не увлекаюсь, провожу время с семьей, с детьми занимаюсь.

— Какой из последних посмотренных вами фильмов произвёл на вас наибольшее впечатление?

— Я смотрю в основном только ужасы и триллеры. Понравился мне фильм «Аритмия» про наших коллег, но в жизни не всё так гладко, как в этом фильме.

— У вас есть возможность обратиться к нашим читателям. Что бы вы хотели до них донести?

— Будьте терпеливы, не обижайтесь на врачей. Мы не виноваты. Я слышал много недовольных. Ну, не едут сюда специалисты. Здесь очень мало узких специалистов. Администрации города, ЦГБ не виноваты. Валерия Владимировна всё делает для медицины Качканара, но специалисты не едут. Потому что это моно, маленький город. Программа есть для врачей, все условия есть. Но специалисты предпочитают оставаться в больших городах.

Поделиться:

Посчитайте: